Казачьи посиделки: доколе ждём? Казачье население РФ пребывает в состоянии ожидания

Сегодня казачье население РФ пребывает в состоянии ожидания. Не присоединяясь массово ни к защитникам существующей власти, ни к оппозиции, оно как бы застыло в ожидании чего-то для себя важного. Внешне это никак не выражается и люди продолжают сегодня делать то, что делали вчера и позавчера. Но отдельные казаки при спокойном и рутинном бытии порой задают мне вопрос: вот ты пишешь о состоянии современного казачьего сообщества, о его Главных Идее и Цели, заключающихся в достижении своей собственной национальной казачьей государственности. Хорошо, – продолжают они, – многие из нас умозрительно готовы согласиться с этим. Но как это мы сами и когда можем приступить к своему государственному строительству, обещанному от имени государства по Закону “О реабилитации репрессированных народов” и им же успешно положенному “под сукно”? И каким образом? И что именно мы должны такое конкретное делать для достижения своей Цели? Ты что, зовёшь что ли нас, безоружных, на силовое столкновение с Росгвардией, ОМОНом, армией, полицией, ФСБ и прочими силовыми структурами Российской Федерации? Ты сам-то понимаешь, что надо делать, сам-то можешь ответить точно, ясно и без увёрток, так, чтобы каждому стало понятно с первого объяснения? Или же ты просто болтун и провокатор?

Чтобы не морочить казакам голову, сразу признаюсь: нет, я не могу сказать ни о конкретных сроках, как то самоуверенно делает “либерал-националист” В.В. Мальцев, безапелляционно утверждающий о неизбежности революции 5 ноября 2017 года, ни о том, как казакам наиболее продуктивно воспользоваться неминуемым крахом разъеденного тотальной коррупцией режима и обнажившимся до нервных окончаний антагонизмом жирных всевластных верхов и тощих бесправных низов. И уж, конечно, ни в коем случае я не призываю к самоубийственному силовому столкновению казаков с вооружённой до зубов репрессивной машиной режима! Но я твёрдо знаю одно: любое даже мирное выступление казаков сегодня невозможно провести массово в силу крайней идеологической разношёрстности казачьего сообщества. А это на корню хоронит любую мысль о способности казаков самостоятельно добиться от властей учреждения и признания своего национально-государственного образования (автономии).

Любая попытка какой-то части казаков “выбить” из власть имущих право на осуществление своей Главной Цели не только будет ослаблена невсеобщностью казачьих требований, но даже непременно будет публично осуждёна другой частью казаков (и вчерашними неказаками, ныне записавшимися в “казаки”; и “державниками”, числящими себя в качестве “воинов и защитников Руси”; и поклонниками лично Путина, и прочими подобными, которые не видят нужды добиваться казакам своей государственности и думают не о завтрашнем дне Казачьего Народа, а исключительно о своём сегодняшнем).

Мало того, в разговорах с казаками в России и на Украине приходится слышать и такой аргумент против требований предоставления казачьей государственности: наша страна (Украина/Россия) сегодня находится в тяжёлом положении. И потому будет подло и нечестно пользоваться её трудностями для достижения собственных целей. Надо подождать, когда трудности минуют, и тогда уже, в мирной, устоявшейся и спокойной обстановке, поднимать вопрос о собственной государственности.

Для любого человека, мало-мальски знакомого с принципами политики, такое утверждение звучит нонсенсом, однако большинство читателей, думается, не политики, а обычные казаки, простые люди. Поэтому “разжую” ошибочность такой позиции.

Прусский министр, а затем общегерманский канцлер второй половины XIX века Отто фон Бисмарк как-то произнёс фразу, ставшую затем драгоценным камнем политической мысли и золотым правилом дипломатического мастерства: “Политика – искусство возможного”. Что значит, что самая правильная политика – это искусство сделать всё возможное для достижения собственной заранее намеченной цели, искусство использовать все возможности в полной мере, предоставляющиеся естественным путём или путём специально созданных обстоятельств.

И вот тут-то как раз и возникает отнюдь не праздный вопрос: при каких обстоятельствах казаки могут мирным путём добиться от государства признания и уважения своих целей – когда государство испытывает трудности или когда трудностей нет и государство ни на что не тратит своих основных сил и пристального внимания? Понятно, что когда государство испытывает трудности. Оно тогда не может столь откровенно пренебрегать интересами части своего населения, чтобы не только не получить ещё одну трудность в дополнение к существующим, но и, в идеале, получить взамен уступок поддержку со стороны этой что-то там требующей части населения. В данном случае я, конечно, подразумеваю интересы казачьего населения. И напротив, когда у режима нет никаких иных проблем, кроме казачьих желаний, режим будет наиболее упорно сопротивляться любым “поблажкам” в этом направлении, традиционно считая даже малую уступку демонстрацией собственной слабости!

Прекрасный пример этому даёт нам история. Так, когда в XIX веке Австрийская империя начала, что говорится, “трещать по швам” из-за своей внешней слабости и внутренних межнациональных противоречий, её правящий немецкий класс пошёл на преобразования в пользу одного из своих главных конкурентов – венгерского населения. Так Австрийская империя превратилась в Австро-Венгерскую империю, рухнувшую лишь в результате 1-й Мировой войны, повергшей заодно и германскую с русской империи.

Антикоррупционные митинги и шествия, состоявшиеся в 82 городах РФ 26 марта 2017 года, тряханули режим Путина. И пусть пока видимых побед над режимом не видно (и даже наоборот, видно явное желание его и дальше нагнетать репрессии), но этот день проложил более чёткую и более определённую линию разлома между режимом и подавляющим большинством населения страны. Ситуация в каком-то смысле приблизилась к ситуации, сложившейся в Австрийской империи накануне её преобразования в Австро-Венгрию. С 26 марта 2017 года в головах 86% великодержавно настроенных жителей Российской Федерации, ранее через телеэкран “влюбившихся” в президента за “крымнаш” и иллюзорное “вставание с колен”, романтические чувства к Путину в значительной мере “подверглись коррозии”. Ржавчины добавила и всеобщая забастовка попавших под государственное ограбление в пользу путинских друзей-олигархов водителей-дальнобойщиков, которая началась 27 марта. И никуда не исчезла прежняя ржавчина на доспехах путинского режима – недовольство фермеров Юга России. То есть, к существовавшим ранее проблемам, которые сами собой, как ни странно, не “рассосались”, добавилось лишь их обострение, спровоцированное выступлением оппозиционера А.А. Навального. А если, как ожидается, все эти три причины недовольства режимом сумеют скоординироваться?! Вы представляете последствия?!

Режим тогда точно бросится лихорадочно метаться в поисках того слоя населения, на который он мог бы опереться. Искать своих “венгров”! Правда, один претендент на такую роль уже есть – Рамзан Кадыров. Однако тут одна из существенных проблем состоит в том, что и режим этого “мини-президента” не является одним целым с населением Чечни и точно так же, по кремлёвскому образцу, держится на штыках “кадыровских силовиков”… А ещё – негативное отношение основной массы населения РФ вообще ко всем чеченцам после прошедших на недавней памяти Чеченских войн…

Публицист Лилия Шевцова, говоря о сегодняшнем положении кремлёвских властей, утверждает: “Речь идёт о системном недовольстве общенационального масштаба, которое не снять кадровыми решениями”. И как итог своим рассуждениям, Шевцова пишет: «…мартовская “улица”, пока не имея конкретного политического содержания, уже вызывает сокрушительные политические последствия для выживания российского самодержавия». И действительно, кроме “денежных мешков” (всегда, как известно, продажных) и силовых структур, иначе говоря “штыков”, путинской камарилье опереться оказывается не на кого. Социальной базы поддержки режима в виде так называемого “среднего класса”, усиленно притесняемой, угнетаемой и уничтожаемой все долгие годы властвования Путина, практически не осталось. ОМОН и Нацгвардия с дубинками и автозаками являются единственной реальной силой, которая поддерживает существующую в стране “вертикаль власти”. Реестровое казачество, пользующееся нулевым авторитетом в казачьей массе, не может быть какой-то серьёзной опорой власти.

Мораль сей басни такова.

Перед казаками всё более явственно и реально начинает светить возможность получить вожделенную государственность. Причём, уже в самом недалёком будущем! Поскольку у режима появились реальные проблемы, которые отныне будут, вероятнее всего, не сглаживаться, а лишь увеличиваться и обостряться.

Однако, с другой стороны, у самих казаков также имеется собственная реальная внутренняя проблема – в отсутствии общего осознания своего национального интереса. Которая, скорее всего, в ближайшее время не будет преодолена.

И, исходя из понимания этих двух факторов, играющих один на пользу, а другой во вред, вопрос заголовка относительно бездеятельного выжидания казаков – “Доколе ждём?” – остаётся открытым и зависит, в том числе, от нахождения и выбора казаками сильного союзника. А практическое решение этого вопроса зависит от того, что произойдёт раньше: крах и демонтаж режима или осознание большинством казачьего сообщества своего кровного и жизненно важного интереса. Или же вообще на поверхность вылезет попытка Кремля найти в казаках своих “венгров”…

Зато на другой поставленный казаками вопрос: “Что именно мы можем уже сейчас сделать для достижения Главной Цели?”, можно ответить вполне определённо – надо уже сегодня, немедленно, не откладывая на завтра или послезавтра, начинать соответствующую агитацию и разъяснение казачьего интереса в кругу своих родных и близких, а также среди знакомых казаков. Таковое понимание и осознание станет мощнейшей опорой для достижения Главной Цели. Кровавый вождь революции В.И. Ленин был совсем не дураком, когда утверждал: “Идея, овладевшая массами, становится материальной силой!”.

Поделиться...
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •