Пол Гобл. Казакия: не неосуществимая мечта?

Взгляд из Америки. Казакия: не неосуществимая мечта?

Мысль о том, что казаки могут создать своё собственное государство, восходит к идее, выдвинутой казацкими эмигрантами после 1917 года. Эта цель была реализована на короткое время во время Гражданской войны в России, а затем в Северной Италии в конце Второй Мировой войны (“Россия седьмая”, 24 октября). 2018; Windowoneurasia2.blogspot.com, 27 октября 2018 г.). Более того, это было признано Соединёнными Штатами в резолюции Конгресса 1959 года, которая учредила “Неделю порабощённых наций”. Однако Казакия долгое время была одной из любимых идеологических мишеней московских пропагандистов, как пример чего-то такого, о чём Запад мечтал, но что никогда не могло быть реализованным. Но довольно нелогично, что это мнение разделяло и подавляющее большинство западных специалистов по Советскому Союзу в прошлом и по Российской Федерации в настоящее время.

В последние месяцы казаки, которые считают себя не слугами государства, а отдельным народом, стали более активными, в том числе проведя торжества по случаю столетия со дня рождения государственного казачьего флага (Gg12.ru, Kuban.kp.ru, 19 февраля; Ugra-News.ru, 21 февраля). Эта деятельность, в свою очередь, вызвала волну антиказацкой пропаганды и действий, большая часть которых состоялась, вероятно, при поддержке нервных региональных и центральных чиновников (Voccentr.info, 17 февраля; Zona Media, 21 февраля).

Обычно приводятся три главных аргумента против даже возможности, не говоря уже о вероятности, казачьего государства. Во-первых, многие говорят, что казаки – это не нация, а некий класс обслуживания или “слой”, созданный и, следовательно, лояльный к могущественному российскому государству. Во-вторых, казаки слишком разные и они рассеянны, являясь, как правило, меньшинством в населении, среди которого живут, что не позволяет сформировать нацию, которая могла бы претендовать на государственность. И, в-третьих, утверждают такие комментаторы, у казаков нет эффективных лидеров, которые верят в независимость или имеют каналы связи, необходимые для мобилизации тех, кто рассматривается как потенциальные создатели и граждане такого государства.

Тем не менее, ни одно из этих утверждений никогда не было достаточно убедительным для решительных казаков, настроенных на независимость; и все эти приведённые причины сегодня гораздо слабее, чем они были в прошлом. Следовательно, казачья идея не может быть совершенно отброшена, даже если никто, включая самых пламенных казацких националистов, не будет утверждать, что она будет достигнута в ближайшее время. Или до той поры, пока Россия не вступит в новое смутное время, которое может привести к изменению политической карты Северной Евразии – так же, как и события 1917 и 1991 годов.

Прежде всего, хотя это правда, что некоторые казачьи Войска были созданы правительством или интегрированы на государственную службу ещё при царях, а затем и при Владимире Путине, казачьи отношения с русским государством никогда не были простыми. Многие казачьи Войска, возникшие до коммунистической революции, сформировались в результате бегства людей от официальной российской власти. Позже Советское государство провело кампанию по их ликвидации. А путинский режим, пытаясь привязать казаков к государственной службе, разделил казачью общину на тех, кто готов брать его деньги и выполнять приказы, и тех, кто этого не делает.

Фактически, в ответ на путинские программы использования казаков в качестве военизированных и полицейских подразделений, большинство из трёх-пяти миллионов реальных казаков в Российской Федерации настаивает на своём статусе этнической подгруппы в русской нации, который Москва была бы ещё готова принять. Однако многие казаки зашли уже так далеко, что стали претендовать на статус отдельной и самостоятельной нации, против чего активно выступает федеральный центр (Версия, 19 марта 2018 г.; Windowoneurasia2.blogspot.com, 20 марта 2018 г.; Sntat.ru, 12 февраля 2019 года; Voccentr.info, 17 февраля 2019 года).

Во-вторых, и это правда, казаки очень разные и, как правило, составляют меньшинство в тех местах, где они живут. Некоторые из них являются православными христианами, другие – мусульманами, некоторые – буддистами, а некоторые даже язычниками. Потомки 13 Войск поздней имперской России разбросаны от украинской границы до побережья Тихого океана, хотя к ним присоединились неоказаки почти во всех субъектах Российской Федерации. И хотя они, как правило, составляют небольшое меньшинство, в некоторых случаях, как на Кубани, казаки представляют значительную часть населения (Kubantv.ru, 20 февраля).

Но те, кто указывает на эти “проблемы” рассеяния и статуса меньшинства, не могут не помнить, что казаки традиционно определяли казачью территорию, как охватывающую в основном земли донских, кубанских и терских казаков на Юге России, а не все территории, где живут казаки. Более того, казаки часто говорят о том, что Казакия – это федерация или конфедерация, открытая для других казачьих субъектов, которые могут не быть соседними.

Кроме того, некоторые казаки даже говорят о некоей экстерриториальной культурной автономии рассеянных групп и объединений таких групп казачьего меньшинства в качестве шага к формированию более традиционного государства. Действительно, такие возможности вдохновили самую последнюю попытку создать Казакию в 1990 – 1991 годах (Live Journal, 29 марта 2011 г.).

И, в-третьих, хотя и остаётся верным то, что Москва быстро перешла к арестам или подавлению казачьих активистов внутри России, которые слишком далеко продвинулись в направлениях, не нравящихся Кремлю, на популяризацию идеи Казакии работает распространение Интернета и то внимание, которое российские журналы ныне посвящают казакам.

Зарубежные эксперты полагают, что государственное подавление не представляет собой такой ограничивающий фактор, каким он когда-то был. Зарубежные казачьи лидеры, такие как Вячеслав Дёмин, способны свободно поддерживать связь с казаками внутри России, о чём их предшественники могли только мечтать; и российские порталы, такие как “Россия семь”, а также основные литературные журналы в настоящее время публикуют и комментируют казачьи дискуссии, происходящие по всему миру (Amur Info, 21 февраля).

Дёмин, например, даже настаивал в своем недавнем посте на Facebook, что «Казакия как федерация или конфедерация ряда казачьих республик – вполне реальная возможность» (Facebook.com/groups/former.russia, 5 февраля). И, пожалуй, самым ярким свидетельством того, что кое-кто в Москве обеспокоен этим, случилось десять дней назад (11 февраля), когда Путин уволил главу своего президентского Совета по казачеству и заменил его старшим офицером Федеральной службы безопасности (ФСБ), от которого, возможно, следует ожидать попытки сдержать рост казачьих националистических настроений (PolitSovet.ru, 11 февраля).

Уже одно это говорит о том, что создание Казакии когда-то в будущем – вовсе не является несбыточной мечтой, и её многие допускают.

Paul Goble,

Publication: Eurasia Daily Monitor Volume: 16 Issue: 23

21 февраля 2019 г.

На фото: автор статьи – американский аналитик, публицист, эксперт по казачьим вопросам в России Пол Гобл

Поделиться...
  •  
  • 15
  • 111
  •  
  •  
  • 16
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

One Reply to “Взгляд из Америки. Казакия: не неосуществимая мечта?”